Обстановка на Ближнем Востоке продолжает накаляться. И пока весь мир следит за тем, как Тегеран отреагирует на убийства Фуада Шукра и Исмаила Хании, Вашингтон не теряет времени зря. Или, как минимум, старательно пытается всех в этом убедить.
На прошлой неделе США направили к Ормузскому проливу авианосную ударную группу во главе с USS Theodore Roosevelt, который сопровождают еще шесть кораблей — их перебросили из Красного моря, где они пытались противодействовать попыткам йеменских хуситов блокировать торговые маршруты. Затем стало известно о решении главы Пентагона заменить эту АУГ другой — с флагманом USS Abraham Lincoln.
Помимо этого, в Средиземном море дежурит боевая группа десантного корабля USS Wasp с тремя десятками самолетов и вертолетов на борту. Также на ней размещены около 4500 американских морпехов.
Но и этим дело не закончилось. Ллойд Остин распорядился направить в регион дополнительную эскадрилью F-22, а отдельные СМИ публиковали кадры, на которых, как заявлялось, показано приземление в Катаре стратегического бомбардировщика B-2.
Прикрывшись горой чужих военно-морских и военно-воздушных мускулов, израильское правительство начинает проверять своих потенциальных оппонентов на прочность. Так, накануне четыре самолета ВВС Израиля вторглись в воздушное пространство Ливана, после чего, как скупо описали это в службе гражданской авиации арабской страны, «совершили маневры над Бейрутом».
Случившееся можно было бы назвать провокацией, но для этого пришлось бы забыть, как минимум, обо всех событиях последних десяти месяцев. Поэтому получается как в известном советском фильме: для войны это слишком мало, а для провокации слишком много. Ливанское правительство сразу после удара по Мадждаль-Шамс призывало Вашингтон повлиять на Израиль и не допустить эскалации кризиса до полномасштабной войны. Более того, американцы даже попросили Тель-Авив не наносить удары по Бейруту.
Насколько внимательно Израиль относится к просьбам своего стратегического партнера, весь мир узнал спустя несколько дней, когда его ВВС нанесли ракетный удар по южной окраине ливанской столицы. Погибли три человека, среди которых и высокопоставленный командир «Хезболлы» Фуад Шукр, ранены 74 человека.
Гегемон, конечно, дряхлеет, но подобное пренебрежение к пожеланиям патрона можно было бы объяснить только одним: Израиль сам хочет большой войны на Ближнем Востоке. Объяснение, на первый взгляд, логичное, но здесь все несколько сложнее. Даже прямое столкновение с «Хезболлой» после десяти месяцев войны в Газе выглядит для Тель-Авива чрезвычайно рискованным. Более того израильское общество все активнее требует от правительства каких-либо результатов вторжения в Газу и скорейшего завершения боевых действий. Запасы резервистов тоже не бесконечны, да и нагрузка на экономику начинает сказываться. Но вкупе эти факторы не могут пересилить одно очень весомое обстоятельство — как только обстановка стабилизируется, Нетаньяху с высокой долей вероятности ждет отставка, а там не за горами и скамья подсудимых из-за вороха обвинений в коррупции, если к тому моменту не добавится что-нибудь еще.
Но Биби с его политическим долголетием понимает, что остаться Израиль один на один с Ираном не может. Даже «Хезболла» для Тель-Авива непростой соперник, куда более серьезный, нежели ХАМАС, с которым ЦАХАЛ не может разобраться уже почти год. И именно поэтому премьеру так нужно втянуть в пучину эскалации Соединенные Штаты.
Вашингтон, в свою очередь, к войне с Ираном готов не лучше. Тут бы с конфликтом на Украине разобраться, а то вопли ужаса с прибалтийских окраин Европы не дадут спокойно жить. В довесок еще и наметившиеся проблемы на фондовом рынке. И все это на фоне грядущих выборов, в которые страна входит крайне поляризованной — спасает только то, что оба кандидата неоднозначные даже для их сторонников. Да и все перечисленные в первых абзацах меры выглядят, конечно, грозно, но не похожи на приготовления к большой войне с Ираном. Для сравнения: к «Буре в пустыне» тридцать лет назад США готовились гораздо серьезнее. И вместо эскадрильи и авианосной группы пригнали на Ближний Восток тысячу самолетов и шесть авианосцев. А за наземную часть операции отвечали не 4500 морпехов, а контингент в сто раз больше. И это не преувеличение — туда направили 450 тысяч американцев. Так что все эти поигрывания мускулами очень сильно напоминают блеф.
Однако этот блеф имеет смысл, потому что Иран сам не заинтересован в прямом столкновении — ни с Израилем, ни тем более с США. Зачем ему полномасштабная война, когда он побеждает в гибридной. С 7 октября позиция Ирана только укрепилась, а для Израиля, несмотря на последние операции, стала только сложнее. Именно поэтому его реакция на последние события, по логике вещей, должна быть скорее демонстративной.
Вот и получается, что никто из трех стран не хочет тотальной войны. Все хотели бы пройти по тонкой грани взаимного обмена любезностями. Но это если рассуждать рационально. А войны часто случаются вопреки рациональным сценариям.