Как взбешенный провалом эсэсовцев под Балатоном фюрер приказал им сорвать нарукавные повязки
В марте 1945 года гитлеровцы предприняли отчаянную попытку переломить ход войны. В Венгрии в районе озере Балатон почти тысяча тяжелых немецких танков «Королевский Тигр» и «Пантера» попыталась остановить продвижение советских войск к южным районам Германии. Почему Гитлер приказал контратаковать именно в Венгрии, как он наказал эсэсовцев за провал и почему дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» и «Мертвая голова» завязли в советской обороне — в материале «Газеты.Ru».
Не до красоты
Озеро Балатон, крупнейшее в центральной Европе, — главный курорт Венгрии. В теплое время года в чистой воде Балатона отражаются прибрежные зеленые леса и старинные башни замков и монастырей. Но в хмуром, пасмурном марте 1945 года до красот Балатона мало кому было дело. Возле озера развернулась масштабная танковая битва — последняя яростная попытка немцев переломить ход Второй мировой войны. Попытка отчаянная и — как выяснилось — безнадежная.
Хотя Красная армия на севере уже форсировала реку Одер и наступала на Берлин, Гитлер решил нанести масштабный контрудар на юге, в Венгрии. Фюрер надеялся с помощью элитных танковых дивизий СС и вермахта отогнать РККА от последних нефтяных месторождений, которые еще оставались у Рейха, а также защитить Южную Германию и Вену. К концу войны немцы отчаянно нуждались в топливе для танков, и многотонные боевые машины, вершину немецкого танкостроения тех лет, нередко бросали на обочинах дорог — просто потому что нечем было заправлять.
«Гитлер ухватился за мысль, что венгерские нефтяные запасы и нефтеперегонные заводы имеют для нашей промышленности решающее значение, так как противник своими воздушными налетами уничтожил наши химические заводы: «Если у вас не будет горючего, ваши танки не будут двигаться, самолеты не будут летать. С этим-то вы должны согласиться. Но мои генералы ничего не понимают в военной экономике». Он помешался на этой идее, и никто не мог его переубедить», — писал в мемуарах генерал-танкист, начальник Генерального штаба сухопутных войск Гейнц Гудериан.
Для решительного удара удалось «наскрести по сусекам» остатки горючего. Из Арденнского леса на западе Германии в Венгрию по железным дорогам экстренно перебрасывали танки и доукомплектовали дивизии СС, изрядно потрепанные в боях, новобранцами и солдатами из других подразделений. Несмотря на снижение боевого духа, СС — элита немецкой армии — по-прежнему оставались грозной силой.
Танковые дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер», «Рейх», «Мертвая голова», «Викинг» и «Гогенштауфен» были вооружены самыми современными танками — 68-тонными «Королевскими Тиграми» и 45-тонными «Пантерами». Пробить их лобовую броню было порой не под силу даже мощнейшим противотанковым пушкам. К тому же их оснащали инфракрасными приборами ночного видения, которые тогда как раз изобрели немецкие инженеры.
По плану, танки Панцерваффе должны были прорывать советские линии обороны. За их броней пряталась немецкая пехота, шли бронетранспортеры и артиллерия. Удар по советским войскам и их союзникам — югославской и болгарской армиям — решили нанести по трем направлениям.
Главное наступление немцы предприняли 6 марта 1945 года на узкой полоске земли между озерами Балатон и Веленце. Именно там сконцентрировали почти 1 тыс. тяжелых танков и самоходок.
Разведка и оборона
Военная разведка СССР узнала, что танковые части СС перебрасывают из Арденн в Венгрию загодя. Союзники — американцы и британцы — также информировали Москву о готовящемся контрнаступлении немцев. Однако в союзных донесениях были указаны неверные направления. Начальник Генштаба Алексей Антонов решил, что довериться стоит собственным разведданным.
Планы немецкого командования вскоре были раскрыты — танки СС уже обнаружили в Австрии и Венгрии. В срочном порядке войска 2-го и 3-го Украинских фронтов получили приказ готовиться к обороне.
Численность группировки гитлеровских войск составляла более 260 тыс. человек. С воздуха их поддерживали порядка 850 самолетов люфтваффе.
Противостояли им почти 500 тыс. советских солдат и офицеров. Танков у РККА под Балатоном было меньше — менее 500 машин. В основном это были средние Т-34 и американские, поставленные по ленд-лизу «Шерманы». Орудия их были слабее немецких пушек, поэтому советское командование больше полагалось на мощные самоходные установки — СУ-100 и ИСУ-152.
Оборона была выстроена глубокоэшелонированная. Солдат и технику старались размещать за линией фронта скрытно, опасные направления минировали, рыли траншеи, оборудовали дороги для быстрой переброски резервов.
На узкой полоске земли возле озера Балатон создали 66 противотанковых районов. Немцам предстояло прорывать рубежи глубиной до 30 км — а на рубежах их ждали противотанковые пушки ЗиС. Наученные опытом предыдущих сражений, советские противотанкисты старались пропустить немецкие «кулаки», чтобы бить им в бок и корму. Наступающая на Германию Красная армия уже обрела огромный боевой опыт.
Впрочем, рубежи были менее серьезными, чем на Курской дуге — ни ДЗОТов, ни противотанковых рвов, почти не было колючей проволоки. Полагались на окопы, городскую застройку и мины. Но и немцы уже были «не те».
Гибель «Королевских Тигров» в грязи и огне
Гитлеровские войска начали наступление с фланговых ударов по позициям болгар и югославов. Вермахту удалось форсировать реку Драву и занять небольшие плацдармы. Вскоре началось и наступление СС на основном направлении под Балатоном.
Кое-где на участках шириной в пару километров скапливались десятки немецких тяжелых танков. Атаки продолжались днем и ночью — вот где пригодились немецким танкистам инфракрасные приборы ночного видения.
Пушки «Королевских Тигров» жгли советские самоходки. Их толстую броню не удавалось пробить издалека — а 88-миллиметровые пушки «КТ» подбивали советские танки с большей дистанции.
«Только рассвет начался, загорелся один факел, второй, третий, четвертый, пятый, шестой — все самоходки немцы уничтожили», — вспоминал бывший командир танкового взвода Александр Бурцев.
Чтобы дополнительно осветить местность, немцы жгли дома зажигательными снарядами и продолжали ломиться вперед во всполохах пламени. Нередко оборонявшиеся советские бойцы отступали.
Но мины, героизм и меткость советских противотанкистов делали свое дело. Тяжелые немецкие танки горели, а с воздуха их добивали штурмовики Ил-2. Хотя погода мешала — туманы серьезно ограничивали видимость.
Эсэсовцам удалось прорвать первые две линии обороны — но на третьей наступление выдохлось. Командование немцев посылало в бой до 100 танков на километр фронта. Продвинуться им удалось всего на восемь (а кое-где — на 30) километров. Но не дальше. Фронт не посыпался.
15 марта немецкие войска прекратили наступление. «Королевские Тигры» и «Пантеры», уцелевшие в мясорубке, завязли в грязи. Начальник немецкого Генштаба сухопутных войск генерал Гейнц Гудериан отмечал, что шансы на крупный успех испарились.
«Был утрачен… до сих пор высокий боевой дух эсэсовских дивизий. Под прикрытием упорно сражающихся танкистов вопреки приказу отступали целые соединения».
По словам Гудериана, провал наступления под Балатоном разгневал Гитлера. Он приказал сорвать нарукавные повязки с названием эсэсовских частей у личного состава — даже у 1-й танковой дивизии, «Лейбштандарта СС Адольф Гитлер» — «гвардии» фюрера.
Это был жест отчаяния.
Советские войска потеряли в боях под Балатоном более 8 тыс. человек убитыми. Немцы — от 12 до 27 тысяч.
После разгрома под Балатоном немцы уже не предпринимали крупных наступательных операций. Вену советские армии взяли за неделю. Впереди была битва за Берлин. До капитуляции Германии оставалась пара месяцев.
80 лет Победы Что думаешь? Комментарии
