Европа в очередной раз потребовала от Китая «прекратить любую материальную поддержку российского ВПК» — и получила неожиданно откровенный ответ.
Глава китайской дипломатии Ван И совершает недельный визит в Европу: вчера был в Берлине, сегодня продолжит встречи в Париже. Но ключевой разговор состоялся за четырехчасовым деловым ужином в среду в Брюсселе — после встречи с руководством Евросоюза, и постепенно выясняются его подробности. Комиссар по внешней политике Кая Каллас среди прочего обсуждала с Ван И украинскую тему и потребовала прекратить «финансовую помощь» и поставки продукции российской оборонке. ЕС требует этого от КНР с начала конфликта, а китайцы всегда отвечают стандартно: не осуществляем поставки продукции двойного назначения в Россию и вообще выступаем за мирное урегулирование. Ван И мог бы и сейчас ограничиться этой дежурной формулировкой, но, видимо, эстонская комиссарша не проявляла должной дипломатической деликатности. И китайский министр дал ей несколько уроков истории. Об этом стало известно из публикации гонконгской South China Morning Post, ссылающейся сразу на несколько источников, знакомых с ходом переговоров, так что сути сообщенного с высокой вероятностью можно верить.
Если бы такая помощь Пекином Москве оказывалась, конфликт прекратился бы раньше, заявил Ван И, то есть европейцы должны ценить отсутствие поставок китайского вооружения, иначе ВСУ бы уже капитулировали. Понятно, что в ЕС все равно не верят в воздержание КНР, но Каллас вряд ли успела оценить мысль Ван И, потому что следующий «исторический урок» гость сформулировал совсем откровенно. Пекин не может себе позволить поражение России в конфликте на Украине, поскольку опасается, что США тогда перенесут все свое внимание на Китай, — вот что было сообщено европейской дипломатке.
Точнее, так это поняли европейцы, а уж конкретная фраза могла быть и немного другой. Суть от этого, впрочем, не меняется — все призывы ЕС отступиться от России отскакивают от китайской стены, состоящей из одного вопроса: «А зачем это нам?» Оставить Москву один на один с единым Западом, то есть Европой и США, чтобы что? Пусть Запад сначала разберется с Россией, окончательно оторвав от нее ее часть — Украину, а потом всеми силами навалится на Китай? Не только помешав неизбежному в не столь уже далекой исторической перспективе воссоединению с Тайванем, но и начав выдавливать Китай из Юго-Восточной Азии, окружая его со стороны не только моря, но и суши, в том случае, если побежденная Россия превратится в сателлита или младшего партнера Запада. Такой вариант Европа на полном серьезе предлагает Китаю?
То, что в китайской формулировке ответа речь идет о США, а не о Западе в целом, не должно вводить в заблуждение: Пекин все еще не теряет надежды на уменьшение зависимости Европы от Соединенных Штатов, но уже понимает, что на это нельзя делать большую ставку. Европейцы могут сколько угодно рассказывать китайцам о том, что хотят обрести стратегическую автономность от США, что у них свои интересы, что они надеются сохранить и развивать торговые и инвестиционные связи с Китаем, но в Пекине видят реальное положение дел. У Европы не получается отстоять свои интересы ни по одному глобальному вопросу: отношения с Россией не просто обрушены, но перешли в стадию прокси-войны, на Ближнем Востоке ЕС не может даже слова сказать против Израиля, мнение союза не учитывалось при принятии Трампом решения об ударе по Ирану. И в отношениях с Китаем европейцы постепенно вынуждены идти на пусть и небольшие, но уступки Штатам, то есть они сами ограничивают свои связи с Поднебесной. Китай все это видит и давно предупреждает Европу: берите на себя ответственность, защищайте собственные интересы, не становитесь пешками в чужой игре.
А в ответ слышит рассуждения о том, что это помощь России от КНР омрачает европейско-китайские отношения и вообще Пекину нужно перестать поддерживать «войну в Европе», «путинскую агрессию», он должен быть заинтересован в том, чтобы «поставить Россию на место». Место проигравшего — на которое следующим ходом Запад планирует поставить уже сам Китай. Даже удивительно, почему это китайцы не соглашаются с такой убедительной логикой.
