Ветрогенераторы в Германии
В прошедшее воскресенье случилось небывалое: с 11:00 и до 17:00 в подавляющем большинстве стран Евросоюза стоимость электроэнергии ушла в отрицательные значения, то есть генерирующие компании должны были приплачивать потребителям за то, что они пользовались электроприборами во всем их промышленном и бытовом разнообразии. В Германии, Австрии, Франции, Норвегии, Швеции, Финляндии и странах Прибалтики в течение указанных шести часов цена одного мегаватт-часа составила минус 41 цент. Единственным исключением стала Польша, где за ту же единицу просили 40 евро.
Причина случившегося, на первый взгляд, прекрасна и отражает успехи западного мира на пути к светлому безуглеродному будущему. Стоимость электричества рухнула ниже нулевой отметки из-за перепроизводства на альтернативных источниках, а именно на ветряках и солнечных панельных электростанциях.
Понимаем, что нам не особо поверят, но все описанное выше не имеет ничего общего с прогрессом и успехом, более того, это крайне показательный маркер проблем в системе ЕС.
Вопреки логике, начнем с конца, а именно с ценообразования.
В свое время в рамках создания единого европейского пространства, помимо политической и экономической составляющих, выстраивалась еще и (крайне условная) единая энергосистема. С целью хотя бы немного стабилизировать рынок и не допустить спекуляций, монополизма и антирыночных методов обеспечения собственных интересов различными игроками, в роли которых выступают частные операторы той или иной страны, была создана европейская энергетическая биржа. На ней проводятся ежедневные торги, где главным лотом являются мегаватты, которые только планируется сгенерировать на соответствующих мощностях. Торги завершаются к вечеру, устанавливая стоимость электричества на утро следующего дня. Процесс цикличен и повторяется ежесуточно.
В отличие от угля, нефти и газа как первичных ресурсов, электроэнергия является продуктом их сжигания с критической особенностью — ее нельзя сложить в штабель, закачать в подземное хранилище или залить в металлический резервуар. С момента производства, будь то классическая тепловая электростанция или разрекламированные альтернативные источники (ВИЭ), полученные мегаватты должны попасть в распределительные сети и к конечным потребителям — крупным заводам и розеткам в отдельно взятой квартире со скоростью, которая для рядового обывателя лучше всего определяется словосочетанием «почти мгновенно». Безусловно, существуют такие объекты, как гидроаккумулирующие станции, или ГАЭС, которые накапливают энергию и применяются для сглаживания скачков нагрузки на сети, но количество их в Европе настолько мало, что этот параметр можно с чистой совестью оставить за скобками.
Конкретно в эти выходные в европейской энергосистеме произошло вот что: объекты классической генерации — атомные, газовые, мазутные и угольные электростанции — работали в своем привычном режиме, но, на беду, случились солнечные и ветреные дни. Мы не ошиблись, именно «на беду».
Возобновляемые источники — все эти ветряки, солнечные панели, приливные станции — для Запада являются своеобразной священной коровой, вокруг которой водят хороводы, на каждом углу трубят о ее малейших успехах. Воспользовавшись чрезвычайно удачным стечением погодных обстоятельств, частные владельцы ВИЭ-станций, что называется, включили рубильник на полную, радостно отчитавшись о рекордной выработке. Проблема заключается в том, что традиционные станции также находятся в частных руках и тоже хотят получать прибыль. Потому в электросетях Евросоюза в воскресенье возникла избыточная мощность, которую нужно было аврально куда-то девать. За любые деньги, пусть даже себе в убыток, потому что в противном случае не избежать массового выхода из строя распределительных станций, диспетчерских управлений и самих ЛЭП.
Естественно, никто не выплачивал сферическому жителю Германии денег за то, что он целые сутки без остановки гонял посудомоечную машину и включил все телевизоры. Разницу в рамках ценовых колебаний компания-оператор просто заложит в счет за месяц, и, возможно, упомянутый гражданин даже сэкономит десяток-другой евро.
Описываемый случай, если отбросить сугубо поверхностную и популистскую составляющую «а вот в Европе электричество бесплатно раздают», наглядно показывает преимущество централизации над свободным рынком частников, еще одной непререкаемой догмой западного мира. Случись нечто подобное в России, единый сетевой оператор просто дал бы команду на снижение генерации на других объектах, например на соседних региональных газопоршневых или газотурбинных электростанциях, которые обычно используются в качестве маневровых. Это бы выровняло нагрузку в сети и позволило проходить пиковый период без опасности разбалансировки системы в целом. В мире, где внутри одной страны может запросто существовать любое количество частных генерирующих компаний, это практически невозможно. Во-первых, из-за необходимости получать прибыль для себя, а не отдавать ее владельцам новомодных игрушек. Во-вторых, из-за банальной проблемы диспетчеризации, когда информация проходит рывками и требуется принятие решения в каждой отдельной точке.
Произошедшее — это фактически никакая не победа современных технологий, это яркое подтверждение того, что энергосистема в западнорыночном формате работает по принципу басни про лебедя, рака и щуку. Когда каждый тянет одеяло на себя, взаимодействие даже с соседними государствами, которым можно было бы перелить излишки, не отлажено, а результат всего этого купируется прямыми убытками. Вначале их несут производители электроэнергии, а затем перекладывают на плечи конечных потребителей, повышая стоимость.
Как гласит старая истина, если вам что-то предлагают бесплатно, значит, вас уже ограбили.
