Содержание:
35 лет назад советские войска вошли в Баку
20 января 1990 года советские войска вошли в столицу Азербайджанской ССР Баку. Официально — для восстановления порядка и защиты армянского населения республики от насилия. В результате были убиты и ранены около 800 человек. Как самый многонациональный город СССР стал полем битвы, «Газета.Ru» узнала у местных жителей.
«Никто не знал, что происходит»
Основа для трагических событий в Баку была заложена еще в 1988 году. Им предшествовал вновь разгоревшийся конфликт вокруг Карабаха. 20 февраля армянские депутаты Нагорно-Карабахской автономии потребовали вывести территорию из состава Азербайджана и передать Армении.
Это вызвало недовольство азербайджанской стороны. В обеих республиках начались протесты.
«Первый раз я услышала митинг, когда была на работе, в поликлинике при Главном управлении Минздрава СССР в центре Баку. За окном кричали: «Караба-караба». Коллектив у нас был смешанный: и русские, и азербайджанцы, и армяне, и евреи, но никто не знал, что происходит. Одна из девочек побежала на улицу посмотреть, вернулась и говорит, что митинг за Карабах, мол, он вроде наш, а живут армяне», — вспоминает в разговоре с «Газетой.Ru» Ирина.
До прямых столкновений, по ее словам, дело не доходило, но в мелочах изменения уже были заметны. Так, пациенты-азербайджанцы стали все чаще отказываться от услуг армян.
«Одному мужчине у нас ставили уколы на дому, за ним закреплена участковая медсестра, хорошая девочка. И тут он попросил, могу ли я ему ставить уколы. Я удивилась, спросила, почему? А он говорит, она армянка — вдруг что-то не так сделает», — рассказывает Ирина.
Поверить, что это может вылиться в настоящую резню, было сложно, признаются жители.
«Баку был самым многонациональным городом Советского Союза, у нас в классе, например, учились и белорусы, и казахи, и армяне, и азербайджанцы, и мы жили в содружестве. В Баку никто никогда не спрашивал, какой ты национальности, было огромное количество смешанных браков, все говорили по-русски с таким мягким бакинским акцентом», — делится с корреспондентом «Газеты.Ru» Тамерлан.
По мнению местных жителей, самые ожесточенные стычки на национальной почве перекинулись на Баку из пригорода или отдаленных сел республики, в которых поднять жителей на бунт проще.
«Звериная, нечеловеческая жестокость»
Одним из самых кровавых эпизодов 1988 года стали армянские погромы в Сумгаите, расположенном в 30 км от Баку. Промышленный город считался не самым благополучным — плохая экология и криминогенная обстановка, высокий уровень безработицы.
Армян здесь было немного, около 7%, но именно на них 27 февраля обрушился поток ненависти. Толпы людей вышли на митинги, которые моментально переросли в нападения на квартиры, жестокие избиения и убийства.
«Парни вытащили из подъезда мужчину лет пятидесяти. Его окружили человек 15–20 и стали бить топором, ножами, деревянными палками. Потом один из парней вытащил горевший матрац и накрыл им мужчину, сверху набросили разные вещи», — рассказывал на суде свидетель тех событий.
Кровопролитие длилось трое суток, после чего в город вошли отряды внутренних войск СССР.
«Там я впервые, после Афганистана увидел сожженные грузовики и автобусы, сгоревшие дома, природно-черные, но побелевшие от пережитого ужаса волосы людей и глаза, глаза… Тогда же пахнуло средневековым садизмом, звериной, нечеловеческой жестокостью, густо перемешанной с глупостью», — писал командующий воздушно-десантной дивизии вооруженных сил СССР, генерал Александр Лебедь в книге «За державу обидно…» .
По данным Генпрокуратуры СССР, в Сумгаите погибли 26 граждан армянской и 6 азербайджанской национальности. Еще более 100 человек пострадали.
И этот случай не единственный. В селе Варташен (с 1991 года — Огуз), примерно в 300 км от Баку, традиционно проживало много армян и удинов. За одну ночь они были вынуждены покинуть свои дома.
«У нас в семье там выросло три поколения, бабушка с дедушкой вели свое хозяйство и считались состоятельными. К ним просто пришли соседи-азербайджанцы и дали 12 часов на то, чтобы убраться из дома, а иначе их убьют. Вывозить вещи запретили, выбираться пришлось пешком», — вспоминает Тамерлан.
Сначала осели в Краснодаре, а затем отец и внук, которые на тот момент переехали в Москву, перевезли родственников к себе. Но оправиться от удара те так и не смогли.
«Мы купили им небольшой дом под Москвой, но они всю жизнь прожили в Варташене, там хозяйство, там могилы предков. Дедушка сильно переживал, злился и не понимал, почему это произошло. Когда попытался вернуться, его чуть не убили — еле вытащили обратно в Москву. В итоге он прожил еще два года и умер от инсульта. Трагедию, которую они пережили, невозможно описать», — говорит Тамерлан.
«Прятала соседей-армян на антресоли»
В течение всего 1988-го и 1989 года в Баку прибывали беженцы из Еревана. «Жившие веками на территории Армении, во многом утратившие язык, обычаи, нравы, они сразу же были наделены презрительной кличкой «Ераз» — ереванский азербайджанец и превратились в касту неприкасаемых», — вспоминал генерал Лебедь.
Помощь властей свелась к выдаче 50 рублей на душу, что еще больше озлобило людей. По словам очевидцев, «еразы» и молодежь 15–18 лет стали силой, готовой к наиболее радикальным действиям.
К январю 1990 года в городе начались активные насильствнные акции против армянского населения. Нападавшие отлавливали людей на вокзалах и на улицах, избивали толпой, отбирали квартиры, громили их магазины и автомобили.
«Это было массовое кровопролитие. Мама считает себя азербайджанкой, но она боялась выходить из дома. Азербайджанцы, которые дружили с армянами, укрывали тех у себя дома. Мать прятала соседей-армян на антресоли, потому что в их квартиры просто врывались», — рассказывает Тамерлан.
По одной из версий, адреса погромщики получали напрямую от сотрудников жилищных контор. Свидетели вспоминали, что как только армянина выгоняли из квартиры, тут же появлялся новый хозяин с официальным ордером, будто в райисполкоме он уже был готов.
Милиция в лучшем случае в конфликты не вмешивалась.
Генерал вспоминал, как в одном из дворов увидел тело молодого мужчины с пробитой головой. Рядом валялся кусок витой арматуры с остатками крови и волос. Спокойно глядя на эту картину, начальник РОВД и врач констатировали смерть от «инфаркта миокарда».
«Я взбеленился: «Это вы про кого такое пишете? Про этого?» Невозмутимо глядя на меня черными без блеска глазами, полковник заявил: «Товарищ полковник, вы не понимаете. Его ударили, в результате удара образовался инфаркт, в результате инфаркта он умер», — писал Лебедь.
Дислоцированные в городе армейские части тоже не препятствовали беспорядкам — часть перешла на казарменное положение, часть занималась охраной административных и правительственных зданий.
В советской прессе тем временем сторонам советовали помнить о «социалистическом интернационализме» и дружбе народов, не предлагая никаких конкретных решений.
На этом фоне в республике росло влияние общественных структур. Народный фронт Азербайджана (НФА), возникший в сентябре 1988 года, требовал от руководства решительных действий по защите национальных интересов.
Движение организовало массовые демонстрации и бойкоты на предприятиях, а 31 декабря 1989 года провело одну из крупнейших своих акций — тысячи людей разрушили советскую границу с Ираном и начали пересекать реку Аракс. На другом берегу также проживали этнические азербайджанцы.
То, что НФА превращался в серьезную политическую силу, не нравилось руководству ни республики, ни страны.
Несколько дней пресса молчала об инциденте, а 4 января 1990-го в «Известиях» вышла заметка, в которой участников акции называли экстремистами.
19 января Нахичеванская АССР, граничащая с Ираном, объявила о выходе из состава Союза и провозгласила независимость.
В тот же день постановлением Президиума Верховного Совета СССР в Баку и ряде других районов ввели чрезвычайное положение. При этом закон позволял ввести его лишь после просьбы азербайджанского парламента, которую никто не направлял.
«Проснулись — свистят пули»
В ночь на 20 января в город с трех сторон вошли советские войска. Как вспоминали очевидцы, действовали жестко. Огонь вели и по темным подворотням, и по окнам домов. Пикетчиков разгоняли танками.
В течение ночи армия прорвалась в Бакинский порт, где находился штаб Народного фронта. Он был разогнан, а его лидеры арестованы.
Официально оправданием вмешательства в СССР называли защиту армянского и русского населения. В СМИ публиковали полные драматизма истории спасенных.
«К утру 24 января на территорию Московского военного округа из Азербайджана прибыло 53 самолета военно-транспортной авиации, доставившие около десяти тысяч беженцев. Это — семьи военнослужащих. Это — женщины, дети, старики. Это — русские», — писали «Известия».
Жуткую картину жизни в городе подтверждают обобщенные слова беженцев. «В магазинах нам даже хлеб перестали продавать. Продавцы от нас отворачивались. И никто, кроме армии, нам не помог», — цитировал автор статьи.
Совсем другими воспоминаниями делятся собеседники «Газеты.Ru». По словам Нины, которая жила в городе вместе с мужем — военным пенсионером, самым большим потрясением для нее было именно 20 января.
«Ночью мы услышали стрельбу в нашем микрорайоне. Проснулись, спрятались за угол у окна — свистят пули, ничего не понятно. Стреляли и наши, и азербайджанцы. Потом мы увидели, как подъехал БТР, нам позвонили, сказали срочно выходить, никакие вещи с собой не брать», — рассказывает Нина.
Из дома она выбежала в халате, шапке и сапогах на босые ноги. Прямо на БТР супругов доставили в аэропорт и вывезли в Россию на транспортном самолете.
По ее словам, уезжали они вместе с другими семьями военных по приказу начальства частей. Но ни с какими притеснениями в Баку они не сталкивались.
«Я работала начальником отдела кадров на предприятии, у нас было много русских, но все жили спокойно, единственное, нам сказали срочно учить азербайджанский, чтобы к следующему году мы могли печатать документы на этом языке. При этом даже объявления в газетах писали на русском», — вспоминает она.
В феврале, когда Нине исполнилось 55 лет, она вернулась в республику, чтобы получить документы для оформления пенсии.
«На работе даже спрашивали: «Как же так, мы разве вас обижали?» Мне дали 60 рублей, все мои документы, справки о зарплате. Весной я снова прилетела в Баку, чтобы забрать оставшиеся вещи. Квартира была в полной сохранности, никто ее не вскрывал, ничего не трогал. Моя коллега, азербайджанка, и ее молодой человек помогали грузить вещи — ковры, хрусталь и проводили в аэропорт», — вспоминает она.
С удивлением на вопрос о притеснении русских отвечает и другая собеседница «Газеты.Ru», Елена. Вместе с родителями и младшей сестрой она уехала из Баку в конце 1989-го. По ее словам, лишь из-за сестры — родители полагали, что ей лучше расти в спокойной обстановке.
«Моя мама работала в республиканской больнице, а папа на мебельной фабрике. Оба русские, но свободно говорили на азербайджанском. Их никто не выгонял, было комфортно, были хорошие отношения с соседями», — рассказывает Елена.
22 января 1990 года Верховный Совет АзССР отменил введение чрезвычайного положения в Баку и создал комиссию по расследованию событий «черного января».
Свой отчет она подготовила через два года. По данным комиссии, «восстановление порядка» советскими военными обернулось сотнями жертв: 131 человек был убит , 744 — ранены, а еще 841 — незаконно арестован.
Введение советских войск критически восприняли обе стороны конфликта. Азербайджан назвал это актом агрессии, а Армения заявила, что руководство СССР, прикрываясь их соотечественниками, боролось с политическими оппонентами.
Что думаешь? Комментарии
